Дом 2 Новости слухи плюс самые интересные цитаты интернета

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Клуб очаровательных дам 21

Сообщений 21 страница 30 из 1000

1

http://sh.uploads.ru/lEUeZ.gif

21

Надежды лучик золотой написал(а):

http://se.uploads.ru/t/Z6WbK.gif

22

Никогда не просите мужа покрасить яйца к Пасхе!»

http://fit4brain.com/wp-content/uploads/2015/04/easter.jpg

Шикарно! Это же минимализм в чистом виде.
Исключительно мужской и творческий подход.

23

http://fit4brain.com/wp-content/uploads/2016/02/motivation.jpg

24

Такие вещи нужны в каждом доме.Кофейная эко-чашкаhttps://img-fotki.yandex.ru/get/4410/299944781.1b/0_1221f8_7741f03e_orig.jpg

Дизайнер из Венесуэлы Enrique Luis Sardi, в сотрудничестве с итальянской компанией Lavazza, разработал эко–чашку для кофе. Чашка сделана из теста, покрытого специальной сахарной пудрой, которая служит изолятором и делает чашку водонепроницаемой. Сначала вы выпиваете кофе, потом съедаете чашку.     Дворники для зеркала в ванной комнате https://img-fotki.yandex.ru/get/15525/211975381.f/0_185b1c_46f7c551_orig.jpg

25

Первый заказ ключникаhttp://fit4brain.com/wp-content/uploads/2016/06/secret-key.jpg
В Уставе черным по белому сказано: рано или поздно любой мастер получает Заказ. Настал этот день и для меня.

Заказчику было лет шесть. Он сидел, положив подбородок на прилавок, и наблюдал, как «Венксинг» копирует ключ от гаража. Мама Заказчика в сторонке щебетала по сотовому.

— А вы любой ключик можете сделать? — спросил Заказчик, разглядывая стойку с болванками.

— Любой, — подтвердил я.

— И такой, чтобы попасть в детство?

Руки мои дрогнули, и «Венксинг» умолк.

Свернутый текст

— Зачем тебе такой ключ? — спросил я. — Разве ты и так не ребенок?

А сам принялся лихорадочно припоминать, есть ли в Уставе ограничения на возраст Заказчика. В голову приходил только маленький Вольфганг Амадей и ключ к музыке, сделанный зальцбургским мастером Крейцером. Но тот ключ заказывал отец Вольфганга…

— Это для бабы Кати, — сказал мальчик. — Она все вспоминает, как была маленькая. Даже плачет иногда. Вот если бы она могла снова туда попасть!

— Понятно, — сказал я. — Что же, такой ключ сделать можно, — я молил Бога об одном: чтобы мама Заказчика продолжала болтать по телефону. — Если хочешь, могу попробовать. То есть, если хотите… сударь.

Вот елки-палки. Устав предписывает обращаться к Заказчику с величайшим почтением, но как почтительно обратиться к ребенку? «Отрок»? «Юноша»? «Ваше благородие»?

— Меня Дима зовут, — уточнил Заказчик. — Хочу. А что для этого нужно?

— Нужен бабушкин портрет. Например, фотография. Сможешь принести? Завтра?

— А мы завтра сюда не придем.

Я совсем упустил из виду, что в таком нежном возрасте Заказчик не пользуется свободой передвижений.

— Долго еще? — Мама мальчика отключила сотовый и подошла к прилавку.

— Знаете, девушка, — понес я ахинею, от которой у любого слесаря завяли бы уши, — у меня для вашего ключа только китайские болванки, завтра подвезут немецкие, они лучше. Может, зайдете завтра? Я вам скидку сделаю, пятьдесят процентов!

Я отдал бы годовую выручку, лишь бы она согласилась.

Наш инструктор по высшему скобяному делу Куваев начинал уроки так: «Клепать ключи может каждый болван. А Заказ требует телесной и моральной подготовки».

Придя домой, я стал готовиться. Во-первых, вынес упаковку пива на лестничную клетку, с глаз долой. Употреблять спиртные напитки во время работы над Заказом строжайше запрещено с момента его получения. Во-вторых, я побрился. И, наконец, мысленно повторил матчасть, хоть это и бесполезно. Техника изготовления Заказа проста как пробка. Основные трудности, по словам стариков, поджидают на практике. Толковее старики объяснить не могут, разводят руками: сами, мол, увидите.

По большому счету, это справедливо. Если бы высшее скобяное дело легко объяснялось, им бы полстраны занялось, и жили бы мы все припеваючи. Ведь Пенсия скобяных дел мастера — это мечта, а не Пенсия. Всего в жизни выполняешь три Заказа (в какой момент они на тебя свалятся, это уж как повезет). Получаешь за них Оплату. Меняешь ее на Пенсию и живешь безбедно. То есть, действительно безбедно. Пенсия обеспечивает железное здоровье и мирное, благополучное житье-бытье. Без яхт и казино, конечно, — излишествовать запрещено Уставом. Но вот, например, у Льва Сергеича в дачном поселке пожар был, все сгорело, а его дом уцелел. Чем такой расклад хуже миллионов?

Можно Пенсию и не брать, а взамен оставить себе Оплату. Такое тоже бывает. Все зависит от Оплаты. Насчет нее правило одно — Заказчик платит, чем хочет. Как уж так получается, не знаю, но соответствует такая оплата… в общем, соответствует. Куваев одному писателю сделал ключ от «кладовой сюжетов» (Бог его знает, что это такое, но так это писатель называл). Тот ему в качестве Оплаты подписал книгу: «Б. Куваеву — всех благ». Так Куваев с тех пор и зажил. И здоровье есть, и бабки, даже Пенсия не нужна.

Но моральная подготовка в таких условиях осуществляется со скрипом, ибо неизвестно, к чему, собственно, готовиться. Запугав себя провалом Заказа и санкциями в случае нарушения Устава, я лег спать. Засыпая, волновался: придет ли завтра Дима?

Дима пришел. Довольный. С порога замахал листом бумаги.

— Вот!

Это был рисунок цветными карандашами. Сперва я не понял, что на нем изображено. Судя по всему, человек. Круглая голова, синие точки-глаза, рот закорючкой. Балахон, закрашенный разными цветами. Гигантские, как у клоуна, черные ботинки. На растопыренных пальцах-черточках висел не то портфель, не то большая сумка.

— Это она, — пояснил Дима. — Баба Катя. — И добавил виновато: — Фотографию мне не разрешили взять.

— Вы его прямо околдовали, — заметила Димина мама. — Пришел вчера домой, сразу за карандаши: «Это для дяди из ключиковой палатки».

— Э-э… благодарю вас, сударь, — сказал я Заказчику. — Приходите теперь через две недели, посмотрим, что получится.

На что Дима ободряюще подмигнул.

«Ох, и лопухнусь я с этим Заказом», — тоскливо думал я. Ну да ладно, работали же как-то люди до изобретения фотоаппарата. Вот и мы будем считывать биографию бабы Кати с этого так называемого портрета, да простит меня Заказчик за непочтение.

Может, что-нибудь все-таки считается? неохота первый Заказ запороть…

Для считывания принято использовать «чужой», не слесарный, инструментарий, причем обязательно списанный. Чтобы для своего дела был не годен, для нашего же — в самый раз. В свое время я нашел на свалке допотопную пишущую машинку, переконструировал для считывания, но еще ни разу не использовал.

Я медленно провернул Димин рисунок через вал машинки. Вытер пот. Вставил чистый лист бумаги. И чуть не упал, когда машинка вздрогнула и клавиши бодро заприседали сами по себе: «Быстрова Екатерина Сергеевна, род. 7 марта 1938 года в пос. Болшево Московской области…»

Бумага прокручивалась быстро, я еле успел вставлять листы. Где училась, за кого вышла замуж, что ест на завтрак… Видно, сударь мой Дима, его благородие, бабку свою (точнее, прабабку, судя по году рождения) с натуры рисовал, может, даже позировать заставил. А живые глаза в сто раз круче объектива; материал получается высшего класса, наплевать, что голова на рисунке — как пивной котел!

Через час я сидел в электричке до Болшево. Через три — разговаривал с тамошними стариками. Обдирал кору с вековых деревьев. С усердием криминалиста скреб скальпелем все, что могло остаться в поселке с тридцать восьмого года — шоссе, камни, дома. Потом вернулся в Москву. Носился по распечатанным машинкой адресам. Разглядывал в музеях конфетные обертки конца тридцатых. И уже собирался возвращаться в мастерскую, когда в одном из музеев наткнулся на шаблонную военную экспозицию с похоронками и помятыми котелками. Наткнулся — и обмер.

Как бы Димина бабушка ни тосковала по детству, вряд ли ее тянет в сорок первый. Голод, бомбежки, немцы подступают… Вот тебе и практика, ежкин кот. Еще немного, и запорол бы я Заказ!

И снова электричка и беготня по городу, на этот раз с экскурсоводом:

— Девушка, покажите, пожалуйста, здания, построенные в сорок пятом году…

На этот раз Заказчик пришел с бабушкой. Я ее узнал по хозяйственной сумке.

— Баб, вот этот дядя!

Старушка поглядывала на меня настороженно. Ничего, я бы так же глядел, если бы моему правнуку забивал на рынке стрелки незнакомый слесарь.

— Вот Ваш ключ, сударь.

Я положил Заказ на прилавок. Длинный, с волнистой бородкой, тронутой медной зеленью. Новый и старый одновременно. Сплавленный из металла, памяти и пыли вперемешку с искрошенным в муку Диминым рисунком. Выточенный на новеньком «Венксинге» под песни сорок пятого.

— Баб, смотри! Это ключик от детства. Правда!

Старушка надела очки и склонилась над прилавком. Она так долго не разгибалась, что я за нее испугался. Потом подняла на меня растерянные глаза, синие, точь-в-точь как на Димином рисунке. Их я испугался еще больше.

— Вы знаете, от чего этот ключ? — сказала она тихо. — От нашей коммуналки на улице Горького. Вот зазубрина — мы с братом клад искали, ковыряли ключом штукатурку. И пятнышко то же…

— Это не тот ключ, — сказал я. — Это… ну, вроде копии. Вам нужно только хорошенько представить себе ту дверь, вставить ключ и повернуть.

— И я попаду туда? В детство?

Я кивнул.

— Вы хотите сказать, там все еще живы?

На меня навалилась такая тяжесть, что я налег локтями на прилавок. Как будто мне на спину взгромоздили бабы-катину жизнь, и не постепенно, год за годом, а сразу, одной здоровой чушкой. А женщина спрашивала доверчиво:

— Как же я этих оставлю? Дочку, внучек, Диму?

— Баб, а ты ненадолго! — закричал неунывающий Дима. — Поиграешь немножко — и домой.

По Уставу, я должен был ее «проконсультировать по любым вопросам, связанным с Заказом». Но как по таким вопросам… консультировать?

— Екатерина Сергеевна, — произнес я беспомощно, — Вы не обязаны сейчас же использовать ключ. Можете вообще его не использовать, можете — потом. Когда захотите.

Она задумалась.

— Например, в тот день, когда я не вспомню, как зовут Диму?

— Например, тогда, — еле выговорил я.

— Вот спасибо Вам, — сказала Екатерина Сергеевна. И тяжесть свалилась с меня, испарилась. Вместо нее возникло приятное, острое, как шабер, предвкушение чуда. Заказ выполнен, пришло время Оплаты.

— Спасибо скажите Диме, — сказал я. — А мне полагается плата за работу. Чем платить будете, сударь?

— А чем надо? — спросил Дима.

— Чем изволите, — ответил я по Уставу.

— Тогда щас, — и Дима полез в бабушкину сумку. Оттуда он извлек упаковку мыла на три куска, отодрал один и, сияя, протянул мне. — Теперь вы можете помыть руки! Они у вас совсем черные!

— Дима, что ты! — вмешалась Екатерина Сергеевна, — Надо человека по-хорошему отблагодарить, а ты…

— Годится, — прервал я ее. — Благодарю Вас, сударь.

Они ушли домой, Дима — держась за бабушкину сумку, Екатерина Сергеевна — нащупывая шершавый ключик в кармане пальто.

А я держал на ладони кусок мыла. Что оно смоет с меня? Грязь? Болезни? Может быть, грехи?

Узнаю сегодня вечером.

Автор: Калинчук Елена

26

Жертвы моды
Выражение «жертва моды» появилось вскоре после Великой французской революции. Так стали называть девушек, которые носили шифоновые платья и выходили в них на улицу в прохладную погоду. Разумеется, итогом такого поступка была простуда, а то и пневмония, которая часто приводила к летальному исходу.
Актуализировал термин «жертва моды» дизайнер Оскар де ла Рента. Он придал понятию дополнительные оттенки смысла — так стали называть людей, которые в своем следовании модным тенденциям доходят до крайности.

Фанни Лонгфелло
http://sf.uploads.ru/t/W1GrS.jpg

Модные платья середины XIX века.
В XIX веке в моду вошли кринолины. Но, кроме того, что пышные юбки были ужасно неудобны, они несли и реальную опасность. Их делали из легких, тонких тканей вроде тафты или муслина. Платья были, безусловно, эффектными, вот только вспыхивали мгновенно. Известно, например, что Фанни Лонгфелло, вторая жена американского поэта Генри Лонгфелло, скончалась от ожогов, подпалив край своего платья. Легенда гласит, что в июле 1861 года пара вместе с детьми находилась в жарком Кембридже. Женщина решила открыть окно, чтобы в комнате стало хоть немного прохладнее, ветер подул, и маленькая капля горячего сургуча упала на платье женщины, которое тут же загорелось. Наряд Фанни был сшит из восточного шелка, пламя охватило его целиком. Муж смог потушить огонь, но от полученных ожогов Лонгфелло уже не оправилась.

Похожий случай произошел и с британской балериной Кларой Вебстер в 1844 году. Она погибла оттого, что ее платье загорелось в лондонском театре, так как девушка оказалась слишком близко к горящим фонарям на сцене.

Свернутый текст

Луиза Казати
http://sf.uploads.ru/t/Z07jn.jpg

Аристократка, одна из богатейших женщин Италии, муза поэтов и художников, покровительница изящных искусств. Она родилась в семье богатого хлопкоторговца, графа Амман, который сделал ее и ее сестру наследницами огромного состояния. В 15 лет она осиротела и начала пользоваться свободой в полной мере: сделала короткую стрижку, стала краситься яркой помадой, носила узкие черные вещи, подчеркивающие худобу. Луиза постоянно эпатировала публику. Например, она могла выйти на улицу со змеей на шее вместо ожерелья.

Казати частенько говорила: «Я хочу быть живым произведением искусства». Она удачно вышла замуж за маркиза Камило Казати. На миллионы своего супруга Луиза шила наряды у лучших портных, скупала дворцы и наполняла их предметами роскоши. Например, ее борзые носили ошейники с драгоценными камнями и спали на медвежьих шкурах. В результате она за короткое время промотала все состояние, оставив многомиллионные долги, и умерла в полной нищете.

Анна Павлова
http://s3.uploads.ru/t/klj0U.jpg

Кроме того, что Павлова была одной из лучших балерин своего времени, она еще и задавала моду. Балерина Нина Кирсанова говорила, что «У Павловой была особая манера носить вещи. Особенно она любила манильские шелковые шали, в которые драпировалась на испанский манер. Они заменяли ей платье. Это стало очень модным, и многие ей подражали...»

Любовь к нарядам стоила ей жизни: Павлова ехала на гастроли в Гаагу, когда поезд вынужден был сделать незапланированную остановку. Пассажиров попросили выйти из вагонов, и балерина, как была в тонком шелковом платье, так и вышла в нем наружу. В итоге Павлова простудилась, заболела пневмонией и скончалась.

Айседора Дункан
http://sf.uploads.ru/t/zDcUY.jpg

Нелепая смерть случилась и со знаменитой танцовщицей Айседорой Дункан, бывшей одно время супругой поэта Сергея Есенина. Дункан была одной из главных законодательниц европейской моды начала XX века. Ей показалось неудобным танцевать в пуантах, поэтому она появлялась на сцене босиком, кроме того, танцовщица отказалась от корсетов, а ее сценические наряды были практически прозрачными.

Злую шутку с ней сыграл шарф: Айседора ехала в автомобиле вместе с водителем, и бахрома ее шали стала волочиться по земле рядом с колесом, а потом закрутилась в спицах. В итоге Дункан ударилась головой, а натянутый шарф переломил ей позвоночник и порвал сонную артерию. Смерть артистки была мгновенной.

Горацио Нельсон
http://s5.uploads.ru/t/D7AvV.jpg

Тот самый плюмаж, из-за которого снайпер увидел Нельсона.
Командующий британским флотом, вице-адмирал был очень неравнодушен к разным наградам и драгоценностям. Говорят, что Нельсон был крайне тщеславен и на все официальные мероприятия приходил, буквально увешанный своими многочисленными наградами. Одна из которых, по сути, принесла ему смерть.

За победу в сражении между английскими и французскими кораблями в Абукирском заливе в 1798 году султан Османской империи лично преподнес ему высокий знак воинского отличия — бриллиантовый плюмаж на шляпу. Драгоценность была размером с детскую ладонь, украшена 13 «перьями» (столько французских кораблей затопила его эскадра) и 300 белыми бриллиантами. Нельсон не расставался с плюмажем и отказывался продать его даже тогда, когда испытывал тяжелейшие материальные трудности. В результате Нельсон был убит в 1805 году в битве при Трафальгаре — вражеский снайпер увидел его благодаря сияющим бриллиантам.

Агнесса Сорель
http://s5.uploads.ru/t/7B3qW.jpg

Возлюбленной французского короля Карла VII приписывают введение сразу нескольких модных тенденций вроде длинного шлейфа. Считается, что церковники прозвали его «хвостом дьявола», а женщинам, позволившим себе зайти в храм в такой одежде, даже отказывали в отпущении грехов. Еще благодаря Сорель носить бриллианты стали некоронованные особы. Славилась она и довольно вольными нарядами, открывавшими грудь.

Ее платья стоили огромных денег, а придворные дамы старались подражать ей во всем. Сорель умерла неожиданно, будучи беременной в четвертый раз. Версии смерти были разные. Выдвигалась версия убийства, но сейчас считается, что она отравилась ртутью. Вероятно, ее добавили в еду Сорель, но, возможно, ртуть попала в организм непредумышленно — ведь ее добавляли в косметику.

27

Когда муж разговаривает по телефонуhttp://s4.uploads.ru/t/uwGW1.gif

28

Рисовая запеканка с мясом и овощамиИнгредиенты
Сливочное масло – 1 ст.л.
Лук – 1 шт.
Чеснок – 1-2 зуб.
Морковь – 4 шт.
Сельдерей (стебли) – 4 шт.
Куриное филе (отварное) – 2 шт.
Рис – 1 ст.
Куриный суп (или вода) – 3 ст.
Сливки – 5 ст.л.
Соль – по вкусу
Перец – по вкусу
Хлебные крошки - по желанию
Способ приготовления
Разогреваем духовку до 220 ° C.

Свернутый текст

Лук очищаем от шелухи, морковь – от кожицы. Лук, морковь и сельдерей нарезаем кубиками.

Чеснок очищаем от шелухи и мелко нарезаем.

Отварное филе также измельчаем.

В сковороде растапливаем сливочное масло. Выкладываем лук, сельдерей, морковь и чеснок.  И жарим до мягкости овощей.

Затем берем форму для запекания. Можно использовать одноразовые формы из фольги.

В форму высыпаем поджаренные овощи, добавляем куриное мясо, рис, сливки, наливаем бульон, солим и перчим. Все хорошо перемешиваем. Накрываем фольгой и ставим в разогретую духовку на 30 минут.

Достаем форму, посыпаем хлебными крошками или твердым сыром. И снова ставим в духовку на 10 минут.

Запеканка готова.

Совет
Если же вы хотите, чтобы у вас в морозилке был припрятан запас. Тогда испеченную запеканку можно охладить и заморозить. А при необходимости достать и разогреть в духовке при температуре 180 градусов.

29

ehd4470 написал(а):

здравствуйте вам тут!!!

Добрый день http://s6.uploads.ru/xvm0p.gif!

30

http://sf.uploads.ru/PQjUn.gif